Через рынок идти было короче – вдоль основного ряда, направо, потом – в калитку, которая выводит к задней стенке магазина, а там – обогнуть этот магазин и окажешься прямо во дворе девятиэтажки. Колька так и сделал – свернул.
На пустых прилавках и между ними лежали клочки бумаги, яркие обёртки, полиэтиленовая плёнка. У дальнего конца ряда ещё переминались с ноги на ногу полдюжины продавщиц сигарет и прочих спичек с зажигалками, курили два дворника – перед тем, как приняться за уборку. Сразу за поворотом занимались тем же самым трое пацанов постарше Кольки – они было уставились на мальчишку с нехорошим интересом, но Колька хладнокровно прошёл между ними и не попытался оглянуться, когда сзади закашлялись и мокро чавкнул снег. На таких по пояс резиновых решительное поведение действует безотказно. Конечно, всегда существует опасность, но сворачивать из-за этого с выбранных путей… да ни финты подобного!
Несмотря на мятущуюся по поводу двоек душу, Николай Вешкин был весьма решительным молодым человеком.
Казалось, между двумя рядами навесов уже наступил вечер, хотя до сумерек оставалось ещё часа два, а до настоящего вечера – и того больше. Колька покатил перед собой банку "туборга" и совсем некстати подумал, что страшно соскучился по футболу. Скорей бы уж сошёл снег из дворовой "коробки" и подсохла земля… А то зима – это какой-то мёртвый сезон. Особенно такая, когда даже на коньках не покатаешься. То ли зима, то ли уже весна наступила – и не поверишь, что неделю назад морозы были под тридцать!